Пастырь Владимир
Эл.почта: schc@rambler.ru
Россия
д. Литовня






Алексей Милюков — ЧЕРНАЯ ОБЕЗЬЯНА В ТЕМНОЙ КОМНАТЕ. 15

Алексей Милюков - ЧЕРНАЯ ОБЕЗЬЯНА В ТЕМНОЙ КОМНАТЕ

Комментарии А. Милюкова к книге Л. Б. Вишняцкого
«История одной случайности или Происхождение человека»


Подводя первые итоги, хочу сказать уже не только о книге Л. Вишняцкого, но и общем подходе ученых-эволюционистов к проблеме переходных форм вообще. Как правило, общая тональность большинства работ на эту тему – высокий стиль победного рапорта и высокомерные реплики в сторону инакомыслящих: «Эволюция – доказанный факт! В летописи ископаемых еще остаются пробелы, но каждый год приносит все новые и новые открытия, лишь подтверждающие общую картину…» (даже уважаемый Л. Вишняцкий не избежал поначалу этой родовой травмы всех эвословов, хотя и показал в дальнейшем истинное положение дел на этом участке эволюционного фронта). Можно до бесконечности взывать к совести оппонентов, напоминая им о критериях и методах «строгой» науки в применении к их вольным фантазиям, однако всегда полезно помнить, что пресловутый 140-летний проект под названием «поиск переходных форм» является для многих из них лишь дымовой завесой, фиктивной декларацией о намерениях. Когда тот или иной эволюционист заявляет, что, скажем, летопись ископаемых жутко красноречива, а мизерность пробелов уже не может породить никаких сомнений в нашем родстве с обезьянами, то это означает только одно – настоящему эволюционисту не нужны никакие свидетельства и никакие ископаемые, все выводы им уже сделаны заранее.

Реальное же положение дел с летописью ископаемых наглядно демонстрирует та часть книги Л. Вишняцкого, которую мы рассмотрели. И положение это таково, что каждая новая находка является чуть ли не катастрофой для теории эволюции. Расхожая фраза эволюционистов: «летопись окаменелостей постоянно пополняется, уточняя общую картину эволюции» – это своеобразный словесный выверт, означающий, что каждая новая находка еще больше запутывает общую картину. Вместо ожидаемого уточнения и сужения круга поисков старая схема расползается как на дрожжах, бюрократически раздувается и требует всё новых и новых объясняющих ее фантазий (например, кто такой Sahelanthropus tchadensis и почему у него гоминидных признаков больше, чем у австралопитеков?). Адептам эволюционизма становится всё труднее даже договориться между собой, около человеческого рода уже топчется целый полк кандидатов в родственники, постоянно подтягиваются всё новые и новые… и становится ясно, что некий критический порог ожидания уже пройден, уже не будет и не может быть найдено никакой еще неизвестной доселе массовой формы обезьяночеловека. Летопись окаменелостей красноречива только в одном смысле, отражая факт, с которым нельзя не считаться – по одну сторону некоей разделяющей пропасти стоят животные, по другую – люди.

«Обезьянолюбы», как это ни прискорбно сознавать, попали в ловушку, в яму, вырытую их собственными руками. Кто их тянул за язык? Теперь они выглядывают из этой ямы, ущемленные своими же капканами и ощутимо придушенные своими же удавками. А эти фантазийные филогенетические схемы из стрелок, пунктиров и вопросительных знаков уже всё хуже и хуже скрывают реальное положение дел – человек в палеонтологической летописи появляется ниоткуда. У человека нет ни эволюционных предков, ни родственников в виде связующих звеньев с животными.

Честно говоря, я до сих пор не могу привыкнуть к тому апломбу и той самоуверенности, с которыми выдают свои суждения многие знакомые мне адепты эволюционизма. Такая самоуверенность, казалось бы, должна иметь под собой серьезное обоснование в виде фактов и доказательств. Но в подавляющем большинстве случаев при ближайшем рассмотрении все их «факты» и «неопровержимые доказательства», равно как и все их крики: «банзай!» («наукой окончательно доказано!») заканчиваются одним и тем же – играми в предположения и вероятности. А вы что подумали?

«Действительно, – пишет популярный сетевой защитник эволюции, – мы можем говорить о том, что те или иные гоминиды являются нашими прямыми предками лишь в терминах вероятности. Например, весьма вероятно, что нашими прямыми предками являются австралопитеки. Но точно мы не знаем. Может быть, они были прямыми предками другой, родственной нам группы людей. Если так, то австралопитеки являются не нашими прямыми предками, а … нашими «побочными предками». … Одним словом, мы не знаем, являются ли те или иные ископаемые гоминиды нашими прямыми предками. Это представляет проблему не для теории эволюции, а для нашего любопытства (! – А.М.)» (Атеолог, «Креационные войны», консультант работы Н. Борисов).

Странные вещи происходят в этом датском королевстве. Сначала некая группа людей заявляет, что факт эволюции доказан наукой, что летопись ископаемых настолько красноречива, что ее распирает от доказательств родства с обезьянами… А при первой же просьбе показать эту родню оказывается, что все присутствующие разыгрывают некую сценическую миниатюру типа – кого бы вы предложили в родственники, если бы эволюция была правдой? Повторяю, так ведут себя люди, которым не нужны доказательства. Ведь как мы можем убедиться, незнание чего-либо об эволюции представляет всего лишь проблему для нашего любопытства. Читайте, господа, смотрите и слушайте. Вот оно, наглядное пособие, честное признание, полученное без применения угроз и пыток, отражающее позицию «современной эволюционной науки» – отсутствие фактов и доказательств не является проблемой для теории эволюции.

Представьте, что к вам в квартиру начальник ЖЭКа и участковый приводят незнакомого небритого субъекта и говорят, что он ваш родственник, родной брат, и на этом основании отныне будет жить у вас. «Но я этого человека впервые вижу! – возражаете вы. – У меня нет никаких неизвестных мне братьев! Тем более таких, татуированных и с железным зубом». – «Ну, это не важно, – говорит участковый. – Возможно, что он вам брат не родной, а двоюродный. Это ничего, что у вас нет ни дяди, ни тёти, да и он сам, по правде говоря, не знает, кто его родители. Но вы же понимаете, что мы говорим о вашем родстве в терминах вероятности. Ну, не родственник он, зато вполне мог бы быть родственником. Незнание точных данных об этом человеке представляет проблему не для вашей семьи, не для безопасности вашей квартиры и не для сохранности ваших денег, а исключительно для вашего собственного любопытства – родственник он вам всё-таки, или же это просто какой-то уголовник так придуривается?».

Признание кого-то побочным, боковым предком при отсутствии прямого – на это способны, кажется, только адепты эвологии. Впрочем, родственники в виде обезьян (обязательные, хотя и вероятностные), судя по всему, нужны только тем, кто их упорно ищет. В этих заметках я не поднимаю вопросы этического плана и не предлагаю читателю своих рассуждений об особой сущности человека, при наличии которой вопрос родства с животными просто не имеет смысла.

Leave a Reply

You can use these HTML tags

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

  

  

  

Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha