Пастырь Владимир
Эл.почта: schc@rambler.ru
Россия
д. Литовня






МАКС ЛУКАДО «Путешествие налегке» — Одинокие ночи и дни

Макс Лукадо - Путешествие налегке

…Ты со мной…
Пс. 22:4


Бремя одиночества

…Ты со мной… Пс. 22:4

Один мой приятель, будучи студентом Техасского технического университета, подрабатывал в аптеке. Работа Стива заключалась в доставке лекарственных препаратов в детский сад района Остин. Кроме того, он должен был заходить еще по одному адресу неподалеку оттуда.

Раз в четыре дня он взваливал на плечи большую емкость с водой и нес ее к дому, расположенному в миле от детского сада. Его клиенткой была женщина лет семидесяти, одиноко проживавшая в полупустой темной квартире. Под потолком там висела электрическая лампочка без абажура, а со стен сползали грязные обои. Шторы были задвинуты, и в комнате царил полумрак. Стив приносил бидон, брал деньги, благодарил хозяйку и уходил.

Долгое время он недоумевал по поводу столь странного выбора с ее стороны. Он узнал, что у женщины не было другого источника постоянного снабжения водой и она обходилась исключительно тем четырехдневным запасом воды для питья, умывания и стирки, который он ей поставлял. Действительно странный выбор. Муниципальная доставка воды обошлась бы ей дешевле — 12-15 долларов в месяц, тогда как ее затраты на доставку воды из аптеки доходили до 50 долларов. Почему же она не предпочла более дешевого варианта?

Разгадка таилась в системе доставки. И правда, городская вода была дешевле, но город присылал воду без доставщика воды. Она предпочитала больше платить за возможность видеть живого человека, нежели экономить и не видеть никого.

Можно ли быть более одиноким человеком?

Но и Давид был не менее одинок. Некоторые из его псалмов своей тональностью напоминают стон одинокого дуба в зимней степи.

Вот они:

Призри на меня и помилуй меня, ибо я одинок и угнетен.

Пс. 24:16

Утомлен я воздыханиями моими: каждую ночь омываю ложе мое, слезами моими омочаю постель мою. Иссохло от печали око мое, обветшало от всех врагов моих.

Пс. 6:7-8

Давиду довелось испытать одиночество и… предательство.

Я во время болезни их одевался во вретище, изнурял постом душу мою, и молитва моя возвращалась в недро мое. Я поступал, как бы это был друг мой, брат мой; я ходил скорбный, с поникшею головою, как бы оплакивающий мать. А когда я претыкался, они радовались и собирались; собирались ругатели против меня, не знаю за что, поносили и не переставали; с лицемерными насмешниками скрежетали на меня зубами своими. Господи! долго ли будешь смотреть на это? Отведи душу мою от злодейств их, от львов — одинокую мою.

Пс. 34:13-17

Давиду была хорошо знакома горечь одиночества.

Познал он ее еще в своей семье. Он был одним из восьми сынов Иессея. Но когда пророк Самуил захотел их увидеть, имя Давида не было упомянуто их отцом. Пророк пересчитал детей Иессея и спросил, где же еще один ребенок. Иессей щелкнул пальцами, как будто что-то забыл: «…есть еще меньший; он пасет овец» (1 Цар. 16:11).

Это «меньший» прозвучало в устах Иессея вовсе не ласково, а так, словно подразумевался недоросль или недоумок. Так называют того, кого приходится терпеть рядом с собой и за кем приходится постоянно следить. И на этот раз Давида опять проигнорировали. А что почувствовали бы вы, если бы на собрании всей вашей семьи о вас даже не вспомнили?

Однако и после перемены места жительства в жизни Давида мало что изменилось.

В царскую семью он был введен по желанию Саула, и изгнан из нее он был по требованию того же Саула. Не пригнись тогда Давид, копье Саула пригвоздило бы его к стене. Но Давид успел пригнуться и убежать. Убежал он в пустыню. Ночевал в пещерах, питался мясом диких животных. Он был ненавидим, и его преследовали, как шакала.

Давид был близко знаком с одиночеством. Вы тоже. Но теперь вы знаете, что одиноким можно быть даже среди людей. Две тысячи лет назад землю населяли 250 миллионов человек; сегодня их почти 6 миллиардов. Если бы одиночество излечивалось присутствием людей, оно бы не было так широко распространено. Но одиноких слишком много.

В начале своего служения я предложил в своей церкви ввести такую воскресную молитву: «Благодарю Тебя, Господи, за всех наших друзей. Их так много у нас, что мы не находим времени для общения со всеми ними». После служения один успешный бизнесмен поправил меня: «Возможно, у вас так много друзей, что вам не охватить всех их взглядом. У меня не так. У меня никого нет. Даже в церкви человек может быть одиноким».

Сущность одиночества не в отсутствии вокруг вас человеческих лиц, а в отсутствии близкого общения с людьми. Одиночество приходит не тогда, когда вы один, а тогда, когда вы чувствуете, что вы один. Чувствуете, что вы один на один со смертью, один на один с болезнью, один на один со своим будущим.

Где бы это чувство ни настигло вас — ночью в постели, за рулем по пути в больницу, в тишине пустого дома или в шуме заполненного народом бара, оно всегда сопровождается мыслью: Мне так одиноко! Кому до меня есть дело?

Багаж одиночества виден повсюду. Он валяется на полу в пансионатах и клубах. Мы тащим его с собой на вечеринки, а потом обратно. Мы замечаем его возле рабочего стола трудоголика, возле обеденного стола обжоры и возле журнального столика в гостиничном номере, арендуемом на одну ночь. Мы готовы на все, чтобы только избавиться от груза своего одиночества — от багажа, который мы хотели бы сбросить с себя как можно скорее.

Но стоит ли это делать? Стоит ли так спешить освободиться от него? А что если вместо этого попробовать повернуться лицом к своему одиночеству? А может быть, одиночество — вовсе не проклятие, а Божий дар?

Минуточку, Макс, этого не может быть. Одиночество сдавливает мое сердце. Оно угнетает и опустошает меня. Одиночество никак не может быть даром.

Возможно, вы правы. Но давайте рассудим… Я думаю о том, не является ли одиночество средством, которым пользуется Бог, чтобы привлечь к Себе наше внимание?

Я хочу пояснить свою мысль. Представьте себе, что вы одолжили у своего друга автомобиль. Радио в машине не работает, работает только CD-плейер. Вы просматриваете всю имеющуюся в машине музыкальную коллекцию, но нужной вам музыки, допустим в стиле кантри, в ней не находите. Есть только то, что по вкусу хозяину машины, скажем классика.

Ехать вам далеко. Придется довольно долгое время общаться с самим собой. В конце концов вы включаете CD. Вы предпочли бы гитару, но в вашем распоряжении только какие-то очень высокие тенора. Сначала это терпимо. По крайней мере, создается хоть какой-то звуковой фон. Постепенно это начинает нравиться. Ваше сердце начинает отзываться на звон литавр, ваша голова покачивается в такт пению виолончели, и вы уже ловите себя на том, что слегка подпеваете итальянской арии. «Э, да это не так уж и плохо!»

Позвольте мне задать вам один вопрос: а с вами такого никогда не случалось? Если да, то что стало тому причиной? Что заставило вас слушать музыку, которую вы раньше никогда не слушали? Все объясняется элементарно: у вас просто не было выбора, не было других вариантов. Вам некуда было деться. Наконец, совершенно оглохнув от тишины, вы включили незнакомую музыку.

О, как хочет Бог, чтобы вы слышали Его музыку!

У Него есть такая музыка, которая заставит ваше сердце биться чаще, и стихи, которые тронут вас до слез. Вы хотите дотянуться до звезд? Он покажет их вам. Вы хотите отдохнуть в тишине? Его музыка успокоит вам душу.

Но прежде Ему угодно, чтобы вы избавились от пристрастия к своей музыке в стиле кантри (да простит меня Нэшвилл, это только иллюстрация).

И вот что-то начинает происходить с вашим CD. Ваш друг оказался предателем. На работе у вас не ладится. Супруга вас не понимает. В церкви скучно. Постепенно отбрасываются все варианты, и вы остаетесь наедине с Богом.

Это Его рук дело? Несомненно. «…Господь, кого любит, того наказывает…» (Евр. 12:6). Если Ему нужно заглушить голоса. Он сделает это. Он желает, чтобы вы слышали только Его музыку. Он хочет, чтобы вам открылось то, что открылось Давиду, и чтобы вы могли повторить за Давидом его слова: «Ты со мною».

Да, Ты, Господь, живешь на небесах. Да, Ты управляешь вселенной. Да, Ты восседаешь на звездах и устраиваешь Себе жилище на дне океана. Но да, да, да, Ты — со мной.

Господь со мной. Творец со мной. Яхве со мной. Моисей сказал: «Ибо есть ли какой великий народ, к которому боги его были бы столь близки, как близок к нам Господь, Бог наш, когда ни призовем Его?» (Втор. 4:7).

Павел сказал: «…Он и недалеко от каждого из нас…» (Деян. 17:27). И Давиду открылось это: «…Ты со мной…» Где-то на пастбище, в пустыне или во дворце Давид убедился в том, что Бог был совершенно серьезен, когда произнес: «…Я не оставлю тебя…» (Быт. 28:15). «…Не оставлю народа Моего…» (3 Цар. 6:13). «…Не отринет Господь народа Своего…» (Пс. 93:14). «…Господь… не отступит от тебя и не оставит тебя» (Втор. 31:6). Открытие, сделанное Давидом, напрямую перекликается с главной идеей Священного Писания — Господь с нами. А поскольку Господь с нами, все меняется. Все!

Пусть вы стоите перед лицом смерти, но навстречу ей вы идете не один — с вами Господь. Пусть перед вами маячит безработица, но она угрожает не вам, одинокому, — с вами Господь. Может быть, вы переживаете период супружеской междоусобицы, но вы не один переживаете это — с вами Господь. Или вы увязли в долгах, но вы не один со своими неприятностями — с вами Господь. Подчеркните эти слова: вы не один.

Даже если ваша семья отвернется от вас, Бог от вас не отвернется. Друзья могут вас предать, но Бог не предаст никогда. Может быть, вы в полном одиночестве пересекаете пустыню? Знайте, что Он с вами. А поскольку Он с вами, меняется все. Меняетесь вы.

Бог изменяет все настолько, что вы из одинокого превращаетесь в любимого. Если вы знаете, что вас любит Бог, вы не станете отчаянно искать человеческой любви.

Вы больше никогда не будете выступать в роли голодного покупателя на рынке. Вы когда-нибудь заходили в супермаркет на пустой желудок? Вспомните, как вы хватали все подряд. Полезно или неполезно — стало для вас не важно, главное — набить живот. Когда вы одиноки, вы поступаете так же: стаскиваете с полок все подряд не потому, что нуждаетесь в этом, а потому, что отчаянно жаждете любви.

Почему мы так поступаем? Потому что боимся остаться один на один со своей жизнью. Из страха оказаться в числе неудачников мы прибегаем к наркотикам. Из страха выделиться из толпы мы носим ту одежду, которую носят все. Из страха показаться маленькими и ничего не значащими мы влезаем в долги и покупаем дом. Из страха остаться в одиночестве в постели мы спим с кем попало. Из страха быть нелюбимыми мы бросаемся на поиски любви в самые опасные места.

Но все меняется, как только мы открываем для себя совершенную Божью любовь. А «совершенная любовь изгоняет страх» (1 Ин. 4:18).

Одиночество. Может ли оно быть одним из прекрасных Божьих даров? Если одиночество становится средством, к которому Бог прибегает, чтобы научить вас слушать Его музыку, то не кажется ли вам, что это стоит того?

И я так думаю.

Leave a Reply

You can use these HTML tags

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

  

  

  

Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha