Пастырь Владимир
Эл.почта: schc@rambler.ru
Россия
д. Литовня






МАКС ЛУКАДО «В эпицентре шторма» Он говорит сквозь бурю

Бог говорил из бури

«Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя» (Иов 42:5).

Всё случилось в один день. Вчера он мог выбирать удобное для себя время, чтобы поиграть в гольф на лучших кортах страны, а сегодня его не взяли бы даже подносящим клюшки. Вчера он мог пересечь страну на реактивном лайнере, чтобы увидеть схватку тяжеловесов в Лас-Вегасе, а сегодня не мог позволить себе даже поездку на городском автобусе, чтобы добраться на другой конец города.

Речь идёт о спокойствии, переходящим в хаос.

Первой рухнула его империя. Рынок терпит крах; его активы падают. Всё летит вверх тормашками. Что было наверху, оказывается внизу. Акции обесцениваются, и Иов становится банкротом. И вот он сидит в своём кожаном кресле за письменным столом из красного дерева, что вскоре будет продан с аукциона, когда звонит телефон, принося известие о бедствии номер два:

Дети находились на отдыхе во время каникул, налетел шторм и забрал их.

Ошарашенный и словно контуженный, Иов смотрит в окно на небо, которое с каждой минутой кажется ему темнее и темнее. Он начинает молиться Богу, говоря, что всё происходящее — хуже некуда, однако оказывается это не всё. Он ощущает боль в груди, но она не от вчерашнего обеда, и следующее, что он помнит, это как его везут в машине скорой помощи, снимают кардиограмму и ставят капельницу.

Всё заканчивается подсоединением к стимулятору сердца в общей госпитальной палате рядом с иммигрантом, не знающим ни слова по-английски.

Нельзя сказать, что Иову не достаёт общения.

Первой появляется жена. Кто бы мог обвинить и упрекнуть её, когда, убитая трагедиями этой недели, она призывает Иова «похулить Бога». Но проклясть и умереть? Если после таких слов Иов не испытал чувства покинутости, то, как вы догадаетесь, он чувствует себя таковым, когда жена в отчаянии говорит, что лучше бы его отключили от системы жизнеобеспечения, чтобы покончить со всем этим разом.

Свою лепту вносят друзья в роли сиделок, чьи манеры и сочувствие напоминают либо сержантов-инструкторов по строевой подготовке, либо живодёра с циркулярной пилой. На современном языке их речь звучала бы так «Друг, ты должно быть действительно сделал что-то плохое. Мы знаем, Господь добр, и если с тобой происходит что-то плохое, значит, ты был плохим. Вот и всё».

Принимает ли это Иов безропотно? Нет, едва ли.

Вот, что он говорит: «А вы сплетчики лжи; все вы бесполезные врачи. О, если бы вы только молчали! это было бы вменено вам в мудрость». (Иов 13:4,5)

Как бы мы это сказали сейчас? «Почему бы вам не убраться со своей философией обратно в свинарник, где вы обучились ей».

И далее Иов продолжает: «Я не плохой человек. Я плачу по счетам. Активен в выполнении социальных обязанностей. На ярмарках я — доброволец в пожертвованиях для больниц».

В своих собственных глазах Иов — хороший человек. А хороший человек, как резонно считает Иов, заслуживает хорошего отношения в ответ.

«Твои страдания для твоего же блага», — утверждает Елиуя, молодой, только что из семинарии, пастор, проживший не так уж долго, чтобы стать циничным, и не достаточно переживший, чтобы быть более мудрым. Он вышагивает взад и вперёд по больничной палате с Библией под мышкой, с поднятым вверх указательным пальцем.

«Вот, все это делает Бог два-три раза с человеком, чтобы отвести душу его от могилы и просветить его светом живых». (Иов 33:29,30)
Иов следит за его хождениями, как вы следили бы за игроком в настольный теннис, поворачивая голову туда сюда. Наверное, то, что говорит этот молодой человек не такая уж плохая философия, но больно неудобная. Иов постоянно теряет нить рассуждения и всё глубже сползает под простыни. У него болит голова, жжёт глаза, и ломит ноги. Он больше не усваивает пустых проповедей.

А на его вопрос ответа всё ещё пока нет.

«Господи, почему это происходит со мной!?»

И вот говорит Бог.

Он говорит из грома. Он говорит с небес. Он говорит для каждого из нас, кто поддержал бы Иова в его вопросе и подписался бы под ним.

• Он говорит отцу с розой в руке, которую нужно положить на крышку гроба с телом сына.
• Он говорит жене с национальным флагом в руках, покрывавшим гроб с телом мужа.
• Он говорит супружеской паре, отчаявшейся иметь ребёнка и горячо молящейся.
• Он говорит любому, кто старается увидеть Господа сквозь треснувшее стекло.
• Бог говорит тем из нас, кто осмелился сказать: «Господи, если ты — Бог, тогда…»
Он говорит из бури и к буре, потому что это то место, где находится Иов. Место, откуда Бога слышно лучше всего.

И вот в палате громом гремит голос Господа, от чего пастор садится, а Иов встаёт. С этого момента эти двое уже никогда не будут теми, кем были прежде.

«Кто сей, омрачающий Провидение словами без смысла?» (Иов 38:2)
Иов не отвечает.

«Препояшь ныне чресла твои, как муж: Я буду спрашивать тебя, и ты объясняй Мне». (Иов 38:3)
«Где был ты, когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь». (Иов 38:4)
Иову и одного вопроса достаточно, но не Богу.

«Кто положил меру ей? — вопрошает Господь, — Кто протягивал по ней вервь? На чём утверждены основания её, при общем ликовании утренних звёзд, когда все сыны Божий восклицали от радости?» (Иов 38:5,7)
Вопросы рвутся вперёд. Они проливаются стеной дождя. Они заполняют каждый уголок сердца Иова благоговением, восторгом и красотой, оставляя каждого, когда-либо жившего, пребывать в безмолвии, внимать и смотреть, как Мастер вновь утверждает, кто есть кто во Вселенной.

«Давал ли ты когда в жизни своей приказания утру и указывал ли заре место ее, чтобы она охватила края земли и стряхнула с нее нечестивых?» (Иов 38:12,13)
Вопросы Господа предназначены не для того, чтобы обучить; они предназначены для того, чтобы ошеломить. Его вопросы предназначены не для того, чтобы просветить; они предназначены для того, чтобы разбудить. Эти вопросы предназначены не для того, чтобы пробудить ум; они предназначены для того, чтобы преклонили колени.

«Обозрел ли ты широту земли? Объясни, если знаешь все это. Где путь к жилищу света, и где место тьмы? Ты, конечно, доходил до границ ее и знаешь стези к дому ее. Ты знаешь это, потому что ты был уже тогда рожден, и число дней твоих очень велико!» (Иов 38:18-21)
И вот слабая рука Иова поднимается, как бы желая закрыть уста, а Господь молчит, ожидая его ответа. «Вот, я ничтожен; что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои. Однажды я говорил, — теперь отвечать не буду, даже дважды, но более не буду». (Иов 39:34,35)

Ведь отповедь Господа указала на то, что:

• Иов есть крестьянин, указывающий царю, как управлять державой.
• Иов — невежда, требующий, чтобы относящиеся к нему личные местоимения писались заглавными буквами.
• Иов — подносящий бейсбольные биты, но диктующий чемпиону,какую позицию тому следует занять.
• Иов — глина, требующая от гончара, чтобы тот не давил на него.
слишком сильно.

«Кто предварил Меня, чтобы Мне воздавать ему? — провозглашает Господь в возрастающем вое ветра, — «Под всем небом всё Моё». (Иов.41:3)
Иову нечего возразить. Бог никому ничего не должен. Никаких объяснений. Никаких извинений. Ни от кого никакой помощи. У Бога нет долгов, никаких одолжений и неоплаченных счетов, требующих возврата. Ни одному человеку Бог ничего не должен. Поэтому так поразителен факт, что Он дал нам всё.

===============================

Важным является то, как вы понимаете, это праведное изложение. При желании сокрушительную речь Господа можно воспринимать, как обращённую лично к вам, святую тираду. Не отвеченные вопросы можно использовать, как доказательства жестокости, суровости и отстранённости Бога. Книгу Иова можно использовать как свидетельство того, что Господь задаёт нам вопросы, а не отвечает на них. Понимая это так, вы берете ножницы, т.е. вы отрезаете часть Книги Иова. Потому что дело не в том, как Иов слушал Его речь. Всю свою жизнь он верил в Бога. Всю свою жизнь он рассуждал о Боге, имел своё понимание о Нём и молился Ему.

Но в бурю Иов видит Его!

Он видит Надежду. Того, Кого любят. Того, Кто может истребить всё. Того, Кто одаривает: Мечтателя. Избавителя.

Не суровый гнев Господа видит Иов, а бесконечную любовь, которую часто принимают с особым недоверием. Как былинка предстаёт Иов пред всепоглощающим пламенем великолепия Божия. Претензии Иова тают как воск, когда Господь отдёргивает занавес и немеркнущий свет небесный разливается по земле

Иов видит Бога.

На этом Господь мог бы поставить точку. Молоток Судьи опущен. Вердикт вынесен. Предвечный Судия высказался.

Но ведь Господь не гневается на Иова. Суров? Да. Строг? Несомненно. Честен и осуждающий? Так точно. Но разве гневен? Нет.

Свеча искренне ищущего никогда не раздражает Бога.

Если вы будете подчёркивать какие-нибудь строки из Книги Иова, под-

черкните вот эту: «Я слышал о Тебе слухом уха моего, теперь же мои глаза видят Тебя». (Иов 42:5)

Иов видит Бога — и этого ему достаточно.

Но недостаточно Богу.

Пройдут годы, и Иов вновь однажды будет сидеть за письменным столом из красного дерева, поправившийся физически и финансово. И однажды вновь у него на коленях будут сидеть дети, внуки и правнуки — до четвёртого поколения.

Если когда-либо Иов задумается, почему Бог не возвращает детей, за-

бранных ранее, то не произнесёт этого вопроса Иов. Возможно потому, что он полагает, что его дети, вероятно, никогда не смогут быть счастливее, нежели пред очами Того, Кого Иов видел своими глазами так недолго.

Что-то подсказывает мне, что Иов согласился бы пережить всё снова, лишь бы услышать Божий Глас и встать в Его Присутствии. Даже, если бы Господь оставил его с болячками и долгами, Иов всё равно поступил бы так же.

Ведь Господь подарил ему больше того, о чём Иов мечтал. Господь подарил ему Себя.

Перевод: Валькова Н.Д.

Leave a Reply

You can use these HTML tags

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

  

  

  

Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha