Пастырь Владимир
Эл.почта: schc@rambler.ru
Россия
д. Литовня






ОТКРОВЕНИЕ ИОАННА БОГОСЛОВА — Глава 7. ЖЕРТВА ХРИСТОВА: КАК МОЖЕТ ЧЕЛОВЕК ОВЛАДЕТЬ ЕЮ

ОТКРОВЕНИЕ ИОАННА БОГОСЛОВА

Мы, несомненно, увидим, что это трудная и шокирующая книга; но, в то же время, в высшей степени целесообразно изучать ее до тех пор, пока она не даст нам свое благословение и не раскроет своих богатств.


В этом отрывке надо отметить еще одну очень важную вещь. Здесь сказано, что блаженные «омыли свои одежды и убелили их кровью Агнца».

Это символическое изображение роли, которую человек сам играет в своем спасении: блаженные омывают свои одежды. Другими словами, искупление человека во Христе, но оно приходит не само по себе, человек должен обрести его. Иному человеку может быть понятно и доступно все, что необходимо для очищения его одежд, но все останется в туне, пока он не воспользуется всем этим для себя сам.

Как может человек приобщиться к жертве Христовой? Во-первых, через покаяние. Сперва в нем должно возникнуть сожаление о совершенном им грехе и желание измениться. Во-вторых, через веру. Он должен всем сердцем верить, что Христос жил и умер за нас, людей, и за наше спасение, и в то, что Его жертва может спасти. В этом процессе он может пользоваться средствами благодати. Писание разбудит в человеке раскаяние и веру, и воспламенит его сердце; молитва приблизит его все ближе ко Христу и с каждым днем приближает его с Ним; таинства станут каналами, через которые к нему потечет обновляющая через веру благодать. Человек достигает этого в акте ежедневной верности, бдительности и своей жизнью с Христом.

СЛУЖЕНИЕ В СЛАВЕ

Те, кто был верным, получат доступ в самое присутствие Бога. Иисус сказал: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мат. 5,8).

Здесь содержится очень примечательный факт. Левиты и священники день и ночь служили Богу (1 Пар. 9,33). А теперь, как мы видели уже в 7,9, перед престолом Божиим находятся избранные из всех племен и колен, народов и языков. Это революция, ведь в земном храме в Иерусалиме ни один язычник не мог под страхом смертной казни пойти дальше двора язычников. Израильтянин же мог пройти двор женщин и вступить во двор израильтян, но не дальше. Дальше находился двор священников, куда могли войти только священники. А в небесном храме доступ в присутствие Бога открыт представителю всякой расы. Перед нами картина неба, где нет никаких барьеров и стен. Более не существует ни расовых, ни сословных, ни имущественных различий между людьми; доступ в присутствие Бога открыт каждой верной душе.

Но здесь есть еще один полускрытый факт. В 7,75 сказано, что Сидящий на престоле будет обитать в них [у Баркли: среди них]. Это совершенно правильный перевод, но за этим скрыто больше, чем видно на первый взгляд. В греческом обитать — скиноун, от скини, что значит палатка. Это же слово употребляет Иоанн, когда говорит, что Слово стало плотию и обитало с нами (Иоан. 1,14). Иудеи всегда ассоциировали его с одним словом, близким по звучанию, но не имеющим ничего общего по значению: шехина, видимое присутствие славы Бога. Чаще всего это видимое присутствие описывается как светящееся облако. Так, при вручении Десяти заповедей, «слава Господня осенила гору Синай; и покрывало ее облако шесть дней… Вид же славы Господней на вершине горы был… как огонь поядающий» (Исх. 24,16-17). Так же было и со скинией: облако покрыло скинию собрания и слава Господня наполнила скинию. Моисей не мог войти в скинию собрания, потому что ее осеняла слава Господня. Это облако вело израильтян днем, а огонь ночью (Исх. 40,34-38). Во время открытия храма царя Соломона и после его молитвы, слава Господня наполнила дом, так что священники не могли войти (2 Пар. 7,1-3. Слово скиноун всегда ассоциировалось в мыслях иудеев с шехина, и сказать, что Бог пребывал в каком-то месте, это значило, что Его слава там находилась.

Таким образом, иудеи всегда понимали этот вопрос, но с течением времени подобное понимание все более и более усиливалось. Иудеи привыкли думать, что Бог невероятно далек от мира. Но со временем такое представление все больше усиливалось. Они даже считали, что нельзя говорить о Нем так, как будто Он находится в этом мире; в их представлении такие разговоры были выражены в слишком уж человеческих понятиях, и они даже стали употреблять слово шехина вместо имени Бога. Вот что сказал Иаков в Вефиле: «Истинно Господь присутствует на месте сем» (Быт. 28,16). Раввины изменили эти слова так: «Шехина присутствует на месте сем». В Книге пророка Аввакума читаем: «Господь — во святом храме Своем» (Авв. 2,20), а позже иудеи говорили: «Богу было приятно, чтобы Его шехина пребывала в храме». В Книге пророка Исаии читаем: «Глаза мои видели Царя, Господа Саваофа» (Ис. 6,5), а позже иудеи изменили это на: «Мои глаза видели шехина, Царя мира».

Всякий иудей, услышавший слово скиноун, подумал бы о шехина, и подлинное значение отрывка сводится к тому, что блаженные будут служить и обитать в самом сиянии Его славы.

Так может быть и на земле; на том, кто трудится и свидетельствует о Боге — на его работе пребывает слава Божья.

СЧАСТЬЕ БЛАЖЕННЫХ

Невозможно перечислить всех людей, которые нашли утешение в этих строках в минуты траура и в час смерти. В нем — духовное обетование окончательного удовлетворения голода и жажды человеческой души. Это обетование вновь и вновь встречается в Новом Завете и, особенно, в словах Иисуса: «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Мат. 5,6). Иисус сказал: «Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда» (Иоан. 6,35). «А кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (Иоан. 4,14). И еще Иисус сказал: «Кто жаждет, иди ко Мне и пей» (Иоан. 7,37). Бог сотворил нас для Себя, как сказал Августин, и наши сердца не могут обрести покой, пока они не успокоятся в Нем.

Но, может быть, не надо уж совсем одухотворять этот отрывок. В первые годы многие христиане были рабами. Они понимали, что такое быть постоянно голодными; они знали, что такое жажда; они знали, как беспощадно жжет спины солнце во время работы, когда еще и отдохнуть нельзя. Воистину, для них небеса должны были быть местом, где голод и жажда утолены и больше не мучит зной солнца. Обетование этого отрывка заключается в том, что во Христе — конец голоду, страданиям и печалям мира.

Хорошо было бы нам помнить, что источник этого отрывка Иоанн нашел в словах пророка Исаии: «Не будут терпеть голода и жажды, и не поразит их зной и солнце; ибо Милующий их будет вести их, и приведет их к источникам вод» (Ис. 49,10). Это высший пример ветхозаветной мечты, нашедшей свое совершенное исполнение в Иисусе Христе.

НЕБЕСНЫЙ ПАСТЫРЬ

Это обетование нежной заботы небесного пастыря о Своем стаде.

В образе пастыря сочетаются черты, столь любимые и в Ветхом и в Новом Заветах.

«Господь — Пастырь мой», — так начинается самый любимый псалом (Пс.22,1). «Пастырь Израиля!» -начинается другой псалом (Пс. 79,2). Пророк Исаия рисует Бога, Который подобно пастырю, кормит стадо свое, берет агнцев на руки и носит на груди Своей (Ис. 40,11). Пастырь народа — это величайший титул, который пророк может дать мессианскому Царю (Иез. 34,23; 37,24).

И этот титул выбрал Себе Иисус. «Я есмь пастырь добрый» (Иоан. 10,11.14). Петр называет Иисуса Пастырем и Блюстителем душ наших (1 Пет. 2,25), а автор Послания к Евреям называет Его Пастырем овец (Евр. 13,20).

Эта картина дорога людям во все века, но для жителей Палестина она имела гораздо большее значение, чем для городских жителей. Иудея была похожа на узкое плоскогорье, лишь несколько километров шириной по обе стороны которого были ужасные районы: с одной стороны — мрачные обрывки и ущелья, ведущие к Мертвому морю, а с другой — понижение к дикой местности. Не было никаких заборов и стен, и пастухи постоянно должны были быть начеку, чтобы не отбились овцы. Путешественник Джордж Адам Смит описывает восточного пастуха так: «У нас овец часто оставляют пастись одних; но на востоке я не помню, чтобы я хоть раз видел овец без пастуха. На такой местности, как Иудея, где дневное пастбище — это не огороженная проселочная дорога, пересекаемая обманчивыми тропинками, где еще встречаются дикие звери, и которая обрывом переходит в пустыню, очень важен человек и его характер. На высокогорном пастбище, где по ночам воют гиены, когда вы встречаете его, не спящего, смотрящего вдаль, обветренного и загорелого, вооруженного, опершегося на свой посох и наблюдающего за рассыпанными овцами, каждая из которых близка его сердцу; вы понимаете, почему в Иудее пастух вышел на передний план истории своего народа, почему они дали его имя своему Царю и сделали его символом провидения; почему Христос привел его в качестве примера самопожертвования».

Здесь мы видим две великие функции Небесного Пастыря. Он ведет к живым источникам вод. Как выразился псалмопевец: «Он водит меня к водам тихим» (Пс. 22,2). «У Тебя источник жизни» (Пс. 35,10). Без воды стада погибнут; а в Палестине колодцев было мало и они были очень удалены друг от друга. Небесный Пастырь ведет Свою паству к источнику вод; это символ того, что Он дает нам то, без чего жизнь немыслима.

Он отирает всякую слезу с очей. Он питает наши тела и Он утешает наши сердца; без присутствия Бога и без Его утешения жизнь стала бы невыносимой, а без силы Божьей мы бы иногда вовсе не могли пойти дальше.

Небесный Пастырь дает нам пищу для тела и утешения для сердец. Когда наш Пастырь — Иисус Христос, — мы можем вынести все, что нам выпадет в жизни.

Leave a Reply

You can use these HTML tags

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

  

  

  

Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha